Решение задач по физике бесплатно   Сборник интересных фактов
  452 статей!

Количество просмотров: 25

Научные теория современности в контексте философии


Кризис современных модернизационных теорий можно считать причиной дискуссии по поводу того, что считать «современным» миром, а что «постсовременным». Во многом этот спор инициировала работа Ю. Хабермаса «Модерн — незавершенный проект». Теоретики постмодернизма полагают, что современное общество себя исчерпало. Они говорят о «постсовременности», которую предлагают интерпретировать исходя из представления о постсовременном человеке как сугубо индивидуализированном, «децентрированном» субъекте социологического и философского анализа. Социальность более ничего не значит, утверждают постмодернисты. Но Ю. Хабермас, Э. Гидденс, У. Бек, Н. Луман и другие полагают, что не надо спешить с объявлением конца современности. Общество, обретая новое обличие, частично изменяя цели и ценности, продолжает сохранять основные институты и, что особенно важно, свою социальную сущность. В рамках продолжающейся модернизации и глобализации обычная современность трансформируется в то, что можно было бы назвать радикальной, высокой или поздней современностью.

 Научные теория современности в контексте философии

Так или иначе, все сходятся в одном — идет формирование новой социальной реальности, которая не может быть описана в старых терминах и изучаться исходя из устаревших теоретических конструкций. Особенно остро методологический кризис проявляется только тогда, когда встает проблема управления современными социальными процессами.

Логика рассуждения сторонников теории модерна такова. То, что социальная ситуация может характеризоваться как кризисная и нуждается в радикальных преобразованиях, достаточно очевидно. Предложенный эпохой Просвещения «проект модерна» в современной ситуации демонстрирует свою несостоятельность. Более того, попытки организации жизни через развитие знания, нравственное совершенствование, справедливое устройство общественных институтов в ХХ веке столкнулись с непреодолимыми препятствиями, порожденными индустриальным обществом.

По мнению У. Бека, как когда-то модернизация разложила аграрное общество, так и теперь разрушает индустриальное общество, которое, покидая сцену мировой истории, оставляет за собой побочные последствия. Бек называет эти последствия модернизационными рисками. Они не только опасны для жизни и здоровья людей, но и сами порождают побочные социальные, политические и экономические последствия. Осознание реальности рисков заставляет искать способы их устранения, а это чревато возрастанием роли политики чрезвычайного положения.

Таким образом, страх может стать нормой жизни. Для сдерживания модернизационных рисков социальный процесс должен быть подвергнут бюрократическому контролю и планированию. Это в свою очередь создает угрозу демократии, так как таит в себе зачатки «легитимного» тоталитаризма. Возникает проблема сохранения основных демократических принципов в обществе рисков, которое смело можно назвать и обществом катастроф. А катастрофа, по мнению У. Бека, не лучший учитель в деле укрепления демократии.

Ю. Хабермас, не отказываясь от мысли о том, что проект Просвещения все еще имеет шанс быть реализованным, предупреждает о возможных трудностях и, более того, предлагает «учиться на опыте катастроф». В качестве примера он рассматривает такие проходящие сквозь столетия ритмы, как демографический процесс; изменения в структуре труда; динамика научно-технического прогресса. Присущие всему историческому процессу, именно в ХХ веке они приобрели невиданные темпы.

* * *

Хабермас Юрген (род. 1929) — немецкий философ и социолог, крупнейший представитель франкфуртской школы. Основные произведения: «Познание и интерес», «Теория коммуникативного действия», «Философский дискурс модерна» и т. д.

В своих работах он пытается преодолеть односторонность подходов к исследованию общественной жизни, для чего критически переосмысливает и синтезирует идеи многих мыслителей. В его творчестве можно условно выделить два периода: ранний (60–70 гг.), идеи которого фокусируются вокруг книги «Познание и интерес»; поздний (80–90 гг.), центральной работой которого является «Теория коммуникативного действия».

Ключевой темой его раннего периода творчества является анализ патологий современного общества на основе реконструкции его эволюции. Хабермас считает, что призвание социальной теории состоит в необходимости критики современного общества в форме критики его идеологии. Основной мотив критической теории своих учителей (М. Хоркхаймера и Т. Адорно) он стремится дополнить теорией демократии. Осмысляя структурную трансформацию, переживаемую обществом, Хабермас еще в начале 1960-х гг. выдвинул понятие публичности, означающее публичную сферу критической дискуссии. Формирование гражданского общества как сцепления частных интересов приводит к возникновению института общественного мнения, принимающего на себя политическую функцию консолидации «третьего сословия» и критического контроля за использованием властных полномочий. Создается автономная публичная сфера, предохраняющая процесс свободной самоорганизации равноправных субъектов от вмешательства государственных и сословных интересов.

Стержневым элементом позднего учения Хабермаса стала теория коммуникативного поведения. В рамках этой теории выявлено «двухступенчатое» строение современного общества, состоящее из «системы» и «жизненного мира», в котором и реализуется непосредственная коммуникация. В соответствии с этой моделью вычленяются два типа поведения: коммуникативный и стратегический. Стратегически ориентированное поведение, преследующее «интерес», ведет к господству отчуждения, утрате коллективной идентификации, формированию различных форм психопатологии. Коммуникативное поведение, ориентированное на понимание, утверждает легитимированные межличностные отношения и личностные структуры, способные к самореализации. Анализ этих форм поведения позволяет выявить скрытое насилие «системы» над «жизненным миром» («колонизацию жизненного мира»).

Основной пафос творчества Хабермаса состоит в защите идеалов модерна от позитивистов, консерваторов и постмодернистов. Он видел в модерне «незавершенный проект», требующий постоянного противодействия всем проявлениям неразумности и авторитарности. Формулировки и понятия Хабермаса оказали заметное влияние на современную мысль и получили распространение в языке не только ученых, но и широкой публики.

* * *

Успехи медицины с конца ХIХ века ускорили прирост населения сначала в Европе, а потом и в странах третьего мира. Причем там он имел взрывной характер. Эксперты ожидают стабилизации этого роста только после 2030 г., когда население Земли достигнет примерно 10 млрд. Эта тенденция таит в себе множество проблем. Одна из них — изменение восприятия социума. Социальное понятие «массы», воспринимаемое в начале ХХ века как массы рабочих, забастовщиков и революционеров, к концу века «... преображаются в рассеянную по всему миру аудиторию СМИ».

Двигателем структурных изменений системы занятости во все времена было повышение производительности труда. Схема модернизации в сфере занятости во всех странах одинакова. Массы трудящихся, занятых в сельском хозяйстве, сначала перемещаются во вторичный сектор товаропроизводства, а потом — в третичный сектор торговли, транспорта и услуг. Постиндустриальным обществам присущ ускоренный переход в четвертичный сектор сфер деятельности, основанный на знаниях (высокотехнологические отрасли промышленности, медицина, банки, менеджмент и др.). Деревенская форма жизни, влиявшая на все культуры вплоть до конца ХIХ века, безвозвратно уходит в прошлое. Однако и возникший в старой Европе городской образ жизни под влиянием урбанизации также отмирает, ибо на смену классическим столицам приходят мегаполисы (Токио, Мехико-сити, Калькутта, Сеул, Каир и др.), нарушающие традиционные «измерения города», а это, по мнению Хабермаса, являет собой зрелище, не имеющее пока слов для его адекватного описания.

Такие общественно значимые последствия НТР, как новые синтетические материалы и формы энергии, новые индустриальные, военные и медицинские технологии, новые транспортные и коммуникативные средства, не только революционизировали экономику, политику, социальное взаимодействие, но и меняют «наше сознание риска»2, затрагивая даже этические основы самопонимания. Мы как бы привыкаем доверять «непроницаемым» приборам (телефоны, видео, компьютер и т. д.), полагаясь на квалификацию экспертов. Описанная М. Вебером «вторичная наивность» в обращении со сложной техникой, по мнению Хабермаса, позволяет не вселять чувство неуверенности в повседневные рутинные практики, несмотря на возросшее осознание риска. Что касается воздействия на структуры жизненного мира современных средств массовой коммуникации, то характер этого процесса еще неясен, и потому оценить его пока еще трудно.

Если сравнивать ХIХ и ХХ века по продолжительности временных промежутков между глобальными войнами, то ХХ век можно назвать коротким. Но, несмотря на видимые успехи цивилизации, «короткий» ХХ век носит в себе феномены насилия и варварства, мрачного тоталитаризма, крестового похода, имеющего идеологические корни в «изначально религиозных энергиях, направленных на светские цели».

Хабермас задается вопросом: суждено ли нам было научиться чему-то на катастрофах ХХ века? Победа над фашизмом повернула стрелки на демократическое развитие во многих странах и создала условия для «холодной войны», деколонизации и построения социального государства в Европе. «Холодная война» с ее гонкой вооружений наводила ужас на нации, входящие в альянсы, обладающие ядерным оружием. Деколонизация, на первом этапе проходящая в основном как национально-освободительные войны против колонизаторов, впоследствии для многих государств обернулась гражданскими войнами, культурными конфликтами и племенной рознью. Пожалуй, только процесс построения социального государства в некоторых странах Западной Европы и США принес явно позитивные плоды. По всей видимости, правительства этих государств, хорошо усвоив урок из катастрофических последствий двух мировых войн, проводили политику стабилизации экономики и создания системы социальных гарантий.

Сообщаем Вам, что наш сайт использует cookies исключительно для того, чтобы сделать сайт более удобным для Вас и гарантировать его высокую функциональность. Продолжая просматривать страницы этого сайта, Вы соглашаетесь этим.